ostroe (ostroe) wrote,
ostroe
ostroe

Categories:

Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя

The Village
5 апреля 2016 года
Полина Еременко

Кто живёт в квартирах великих поэтов век спустя


Улица Маяковского, 11
ЖИЛ: ДАНИИЛ ХАРМС, 1925–1941 гг.
Николай Котляревский, художник, 69 лет

Я здесь живу с 1976 года — как женился. Моя жена была дочкой искусствоведа Всеволода Петрова, а тот был другом Хармса. Моё любимое произведение Хармса — про Сусанина, который бороду жуёт, пока антрекот ждёт в харчевне: оно посвящено моему тестю. В 1941 году в этот дом попала бомба, и после войны весь дом расселили, чтобы провести капитальный ремонт. Капитальный ремонт шёл невероятно долго. За это время мой тесть, по его собственным словам,
42 раза ходил к председателю Союза художников Аникушину — просить квартиру: ему очень хотелось пожить в квартире друга. И получил её.
После капитального ремонта квартиру Хармса разделили на две квартиры.
В одной живу я, а в другой — канадец и ещё какой-то мужик. Но комната Хармса досталась нашей квартире — там теперь гостиная. Четыре года назад умерла моя жена, и я жил здесь совсем один. В прошлом году у меня появилась женщина.
У меня ещё сын есть, но он много лет назад поехал по делам в Сибирь, случайно обзавёлся там женой, детьми и застрял.
В советские годы Хармс был полузапретным, никто о нём не знал, было тихо,
но с перестройкой развелось уж очень много хармсоведов, и стало тошно:
они атакуют, домофон пиликает без конца. Я, к счастью, мало знаю, больше жена моя отвечала на их вопросы. Допытывались, не осталось ли здесь чего-то от Хармса. Осталось только несколько его прижизненных фотографий: Хармс
с трубкой, Хармс с кем-то ещё. Лежат у меня в конверте, я их даю иногда
на выставки, с возвратом.
Как выглядит типичный хармсовед? Они разные. Был один полный, ярко выраженный еврей, с шевелюрой. Он подолгу говорил, потом задавал вопрос, что-то записывал и снова говорил. Сидел часами и говорил. Зачем мы с женой были ему нужны, я не знаю. Он книжку написал и умер.
Потом был высокий, тощий, довольно угрюмый человек. Угрюмый, но восторженный: вытаскивал меня из квартиры на лестницу и торжественно сообщал: «Вы представляете себе, что по этим ступеням поднимался сам Хармс!» Совершенно блёклый тип — ни шляпы, ни трубки, помню только что темноволосый и короткостриженный. У еврея того хоть шевелюра интересная была. Сейчас ходит Алёша. Ему под 40 лет. Он стройный, воспитанный, чрезвычайно вежливый молодой человек. Чуть лысоват. Курит. Не уверен,
что кто-нибудь из них понравился бы Хармсу.

Сам я художник. Тысячу лет назад закончил Академию художеств. В Союзе художников не состою: когда надо было поступать, я сильно запил и не поступил, а потом стало просто лень. В советские годы я продавался за границу.
Пока работы вывозить было трудно, это там было востребовано, и я активно продавался, хоть и пил. Теперь, с открытым рынком, продаваться сложнее.
Поэтому сейчас всё больше приходится делать то, что нравится публике.
Сладкие берёзки, ёлочки конфетные — всё то, что вызывает чувство умиления
и стандартного, подчёркиваю, стандартного восторга. Теперь не напишешь просто поле — обязательно надо туда впихнуть васильков, ромашек.
Я ни разу не видел старух, падающих из окна, и слава богу. Я старух не люблю.
Ни живых, ни мёртвых тем более. Больше всего не люблю тот тип старух, которые в магазине возмущаются. Я расплатился на кассе, а она мне из очереди кричит: «Корзинку назад поставьте». — «Нет, не поставлю, у меня руки заняты». — «Ишь ты барин какой! Руки заняты!» Старуха, какое твоё собачье дело?
Правда, как художнику мне бывает интересно поразглядывать старуху.
Когда морщины избороздили всё лицо и оно сморщенное как печёное яблоко —
это, конечно, малоэстетично, но для рисования удобно. Старушечий глаз —
это и тень, и полутень: есть с чем работать. Можно часами наблюдать за тем,
как старческое веко прикрывает глазную орбиту, как одна морщина впадает
в другую. Особенно хороши для рисования тощие старухи: у них отлично просматривается череп. Толстые старухи у художников меньше котируются. Толстые старухи пусть пироги пекут, за внуками ухаживают.
Не думаю, что я бы понравился Хармсу. Я мало знаю, а он-то был эрудированный человек. Увлекался математикой, астрономией, хорошо знал музыку, сам играл на фисгармонии. У меня даже нет интересных странностей. Мне просто всё лень. Работать лень. Целыми днями с книжкой лежу. Когда становится лень лежать,
я стою у окна, курю. Однажды ночью я стоял у окна и заметил, что внизу угоняют машину. Парнишка был в капюшоне, что-то засовывал в дверцу машины, отходил в подворотню, возвращался, осматривался. Я подумал крикнуть что-то, но была осень, холодно, я представил, как меня обдует, если я открою окно,
и мне стало лень открывать окно и прогонять вора.
Я докурил и лёг обратно на диван.
Tags: ДХ, Хармс
Subscribe

  • Дом в разрезе

    http://domvrazreze.ru/1931/

  • Примечания будущего

    На дворе стоит старуха и держит в руках стенные часы. Я прохожу мимо старухи, останавливаюсь и спрашиваю её: "Который час?"- Посмотрите, -…

  • Из дома в...

    23 августа 1941 года Даниил Хармс в последний раз вышел из дома... ОР РНБ, Ф. 1232, ед. хр. 138 [ Из дома в дом <нрзб.>] О водяных…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments